ФПД и КИК, проверки при ликвидации, убыток от прощения долга. Дайджест судебных дел

ФПД и КИК, проверки при ликвидации, убыток от прощения долга. Дайджест судебных дел

  • После принятия решения о закрытии компании, налогоплательщик имеет возможность отказаться от своего решения. Однако налоговые органы, которые уже назначили соответствующую выездную проверку по факту ликвидации, переиграть не могут.
  • Положительная сторона неуплаты долга должником. Заемщик простил долг и вписал это как убыток. Это стало причиной спасения подрядчика от банкротства, а налогоплательщика от соответствующих последствий.
  • Возведение зданий для муниципалитета за их счет в целях НДС с большей вероятностью относится к муниципальным подрядам, а не к городским инвестициям.
  • Присутствие у приобретенной компании иностранного пользования не распределенного дохода за предыдущие года, означает приближение момента подачи уведомления о такой КИК.
И ряд других интересных дел, которые однозначно доказывают, насколько важно разбираться в финансах, налогах и законодательстве. Ну а если на все это нет сил, то вам точно пригодятся бухгалтерские услуги от компании Авирта, ценность которых трудно измерить.










Общие положения налогового законодательства

Если владелец бизнеса начинает процесс его ликвидации, налоговый орган принимает решение о выездной проверке деятельности за последние три года. Основанием для такого решения служит п. 11 ст. 89 НК РФ. Но случается так, что процедура ликвидации отменяется. Должна ли в этом случае налоговая отменить проверку?

В адрес плательщика налогов, по факту ликвидации компании, согласно решению от 15.12.2018, было принято постановление назначить выездную проверку для контроля деятельности в период с 03.02.2015 по 05.02.2018.

Представитель юридического лица обратился в суд с требованием отменить постановление о назначении выездной проверки. Свою позицию он подкреплял двумя существенными фактами:
  1. Контрольный выезд был направлен по причине ликвидации компании в порядке п. 11 ст. 89 НК РФ. Действительно, владельцы бизнеса начинали процедуру упразднения фирмы, но своим же решением от 25.11.2018 года отменили первоначальный замысел. Вследствие чего, становится очевидно, что в день оглашения оспариваемого решения отсутствовал мотив для его принятия.
  2. Назначенная контрольная проверка, вызванная ликвидацией фирмы налогоплательщика, относится к числу специальных выездных проверок. Это означает, по мнению представителя юрлица, что для прекращения проведения указанной проверки необходимо и достаточно установленного факта об отмене основания для ее осуществления (отмена ликвидации).
Налоговая инспекция выразила свои возражения на доводы, выдвинутые налогоплательщиком. Аргументированно тем, что в законодательстве России указанного вида проверок, а именно «проверок, вызванных ликвидацией» просто не существует. А ликвидация служит лишь поводом для выездной проверки.

Также налоговики указали на отсутствие в Налоговом кодексе РФ безусловных обязательств по завершению начатой проверки, в случаях прекращения процедур упразднения компании. Впрочем, и иные изменения в положении налогоплательщика не могут служить основанием для прекращения уже начатой процедуры контрольной проверки.




В ходе судебного разбирательства было принято решение в пользу налоговой службы. То есть, суд постановил, что начатая выездная проверка по факту ликвидации компании не должна быть остановлена, даже если процедура ликвидации отменена.

Основанием стало отсутствие права у налоговой инспекции досрочно прекращать ход протекания выездной проверки. Причем это распространяется и на другие аналогичные случаи:
  1. реорганизация;
  2. старт процедуры банкротства;
  3. старт процедуры ликвидации;
  4. переход на учет в другой налоговый орган.
Суд отметил, что все эти обстоятельства возникают по причинам, связанным исключительно с деятельностью налогоплательщика. А значит, не влияют на решение или отмену решения налогового органа.

Отсюда следует, что мотив направления контрольной проверки (старт процесса ликвидации и т.д.), в той же мере, как и его удаление в ходе протекания контрольной проверки, не играет роли для ее назначения. Сама проверка при этом должна происходить по правилам и в сроки, установленные в ст. 89 НК РФ.

Законных оснований для прекращения начатой выездной проверки нет. А факт отмены ликвидации не может даже выступать основанием для отмены решения о ее начале.

В действительности отменить указ о назначении выездного контроля возможно исключительно в случаях несоблюдения при его принятии ряда ограничений, которые устанавливаются п.5 ст. 89 НК РФ, а также при отсутствии прочих мотивов, регламентированных п.п. 10, 11 ст. 89 НК РФ в качестве исключения из общих регламентов.






Налог на прибыль

Суд посчитал правомерным, что налогоплательщик внес в статью расходов долг, частично прощенный во внесудебном порядке. Основанием послужило то, что налогоплательщик имел коммерческий интерес в таком решении.

Предыстория:

Был оформлен контракт на реализацию работ между двумя сторонами: налогоплательщиком (подрядчиком) и его контрагентом. Контракт по итогу деятельности оказался лишь частично оплачен заказчиком.

Далее между участниками сделки было заключено формальное соглашение о прощении части не уплаченной суммы долга (размер которой составлял 10 %). Данное решение было принято в промежуток с января по май 2014 года.

Налогоплательщик учел размер прощеного долга в качестве внереализационных расходов. В дальнейшем остальная часть долга была отдана должником. А далее, а именно в январе 2015 года, было возбуждено дело по отношению к указанному выше должнику о его банкротстве.

Налоговая инспекция сочла сумму прощеного долга в статье расходов незаконной. В основание данного признания легли следующие суждения:
  1. В период возвращения невыплаченной части долгового обязательства должник не был приведен к делу о собственном банкротстве. Как следствие он был вполне платежеспособным.
  2. Налогоплательщик имел полное право обратиться в суд для дальнейшего взыскания с должника всей одолженной суммы и для разрешения возникшей ситуации с учетом взаимных требований при помощи оформления претенциозного письма в сторону своего контрагента
  3. Процесс безвозмездного отпущения долга должен иметь вид соответствующей мировой договоренности, в которой бы разъяснялись все урегулированные обоюдные требования.
  4. Не выплаченная сумма в связи с прощением долга на период 2014 года не была причислена к статусу безнадежной к взысканию, а следовательно отнесение ее к внереализационным расходам является неправомерным деянием.
В ходе судебных разбирательств позиция налоговой инспекции не получила поддержки. При этом суд руководствовался следующими аспектами:
  1. В период, когда было совершено соглашение между сторонами о прощении части долга, должник уже показывал себя как неплатежеспособное лицо. Доказательством этого являются включенность в реестр взысканий от кредиторов. Также ряд сторонних кредиторов выдвинули свои требования по внесению регулярных выплат после заключения рассматриваемого соглашения о прощении 10 % долга.
  2. На основе факта, согласно которому должник причислен к неплатежеспособным, суд отклонил позицию налоговой инспекции о взыскании с должника долга путем обращения в судебный орган.
  3. Налогоплательщик и не видел в данном долге сумму «безнадежную к взысканию». Он изначально зафиксировал ее в финансовом результате, чтобы пересчитать налог на прибыль. При этом ориентировался на критерии убытка, указанные в ст. 252 НК РФ.
Заключенное вне поля действия суда соглашение о прощении части долга дало возможность налогоплательщику получить одолженное в короткий срок, без привлечения судебных органов и как следствия без несения судебных расходов. Таким образом, налогоплательщик преследовал коммерческую выгоду от заключенного соглашения.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что в случае получения неправомерного дохода налогоплательщик имеет право редактировать налоговые обязательства в течение определенного периода.

Итогом выездной контрольной проверки за 2012-2014 гг. к налогоплательщику было обращено дополнительное начисление налога на прибыль. В 2013 году налогоплательщик получил дополнительную сумму к тарифу за предоставление услуг по утилизации и устранению твердых отходов, что признано доходной статьей бюджета и должно учитываться в процессе налогообложения лица.

Налогоплательщик ссылался на отмененную надбавку в 2015 году и руководствовался ст. 54, ст. 81 НК РФ. Полученные надбавки рассматривались как временные, так как подлежали возврату, и поэтому доходом не были.

В то же время налоговая служба заметила в его словах несоответствия, так как указанный в судебном акте запрет на надбавку был получен лишь в 2017 году. Более того, с исками о возвращении суммы обращались далеко не 100 % потребителей.

Суд принял сторону налогоплательщика, руководствуясь двумя фактами:
  • В период проведения выездной контрольной проверки налоговая инспекция была осведомлена о неправомерности начисления надбавки. А многие потребители не заплатили по такой надбавке, зная ее неправомерность.
  • Налоговая инспекция обвинила компанию в занижении налоговой базы по графе на прибыль на сумму общей надбавки, не учитывая что налогоплательщик утратил право на получение надбавки в судебном порядке.
Только в том случае, если какой-то потребитель будет расценивать выплаченную надбавку как дополнительный способ обогащения и попытается взыскать спорные суммы выплат, это будет расцениваться как доход. При этом уже необходимо будет ссылаться на п. 18 ст. 250 НК РФ, согласно которому все суммы по кредиторским долгам признаются внереализационными поступлениями в бюджет.

Налогоплательщик, при получении неправомерных финансовых средств имел право внести поправки в индивидуальное налоговое обязательство за указанный период, исключив из дохода суммы переплат потребителей. Он имел право подать уточненную налоговую декларацию на меньшую сумму прибыли.










 НДС

Учитывая все аспекты и доказательства, судья установил, что контракты налогоплательщика, связанные со строительными работами муниципального характера, имеют отношению к разряду строительного подряда. Доказано, что они не являются инвестиционными контрактами

Суть дела состояла в следующем: налогоплательщик подписал ряд контрактов муниципального характера, где вторым лицом выступала местная администрация. В контрактах оговаривалось строительство нескольких многоквартирных зданий, предназначенных для общественного жилья. Указанную в контракте выручку лицо не включило в налогооблагаемую базу по НДС. Данное действие было аргументировано мнением, что эти контракты являются инвестиционными (пп. 4 п. 3 ст. 39, пп. 1 п. 2 ст. 146 НК РФ).

Однако в результате исследования налоговая инспекция произвела дополнительное начисление НДС в пользу лица в соответствии с информацией, указанной в представленных контрактах. Решение о доначислении было принято в связи с мнением о заключении налогоплательщиком договора строительного характера.

В ходе суда первой инстанции было принято решение в пользу позиции налоговой службы. Приказ был принят с указанием, что в представленной на рассмотрение ситуации были зафиксированы новообразовавшиеся отношения строительного подряда, ограниченные рамками муниципальных договоров.

Было установлено, что заключенные контракты не предусматривали сделку, заключающуюся во вложении финансовых средств органов местного самоуправления для осуществления возведения строительных объектов, и дальнейшего получения инвесторами любого вида доходов от его эксплуатации.

В ходе судебного заседания были сделаны отсылки к бюджетному кодексу РФ, поскольку затрагивалась тема бюджетных финансов в качестве инвестиций. Согласно БК РФ налогоплательщику не должны выделяться никакие инвестиции.

В ходе суда апелляционной инстанции были выявлены не соглашения с результатами судебного заседания первой инстанции. Было признано отношение спорных контрактов к разряду инвестиционных, несмотря на тот факт, что в них присутствуют моменты, которые содержатся в строительных договорах.

Невзирая на тот факт, что основную массу целевых средств будут получать муниципальные образования, заключение контракта об осуществлении строительных работ по возведению жилых многоквартирных домов с коммерческой стороной не означает утрату инвестиционных признаков вложенных в проект средств.

Однако третий этап разбирательств — кассационный суд, поддержал позицию суда первой инстанции. Налогоплательщик принял на себя роль застройщика, который взял на себя строительные обязанности генерального подрядчика по производству работ по обустройству квартир за счет собственных усилий, но с привлечением субподрядных компаний.

В предоставленных отчетах отдельно указано выделение НДС, обусловленное проведением работ с оформлением муниципальных контрактов. Это значит, что должна быть совершена фактическая оплата и вносится регулярные выплаты в соответствие с этапами проведения работы.

В представленной документации отсутствует информация об инвестиционных средствах. После оценки представленных доказательств, было принято решение в поддержку налоговой организации. Обсуждаемые денежные суммы в действительности получены налогоплательщиком, и выступают в роль оплаты за выполненную работу. Другими словами это выручка от реализации, а она в свою очередь подвергается налогообложению НДС.





Международное налогообложение

Суд установил отсутствие у иностранной компании статуса, согласно которому она получает доход в виде дивидендов. Это произошло не взирая на тот факт, что иностранные налоговые службы подтвердили получение и распределение такого дохода.

Российская компания распорядилась распределить часть прибыли главному иностранному компаньону, в роли которого выступила кипрская фирма. Такая выплата части дивидендов предусматривает удержание налога в размере 5 %, что закреплено СИДН между странами.

Но налоговая инспекция посчитала применения столь низкого налога неприемлемым, так как кипрский партнер не был окончательным получателем суммы. Налоговики указали на то, что согласно уставным документам, доходы кипрской компании практически полностью уходят в пользу другой организации, зарегистрированной в Сент-Винсент и Гренадины. Исходя из этого, нельзя опираться на СИДН между Россией и Кипром. Необходимо применять ставку налога в размере 15 %.

Налогоплательщик наоборот высказал аргумент, согласно которому кипрская организация самостоятельно осуществляет предпринимательскую деятельность (в частности, купила британские заводы и предприятие).

В ходе первого судебного разбирательства была принята сторона налоговой инспекции, так как именно офшорная компания из Сент-Винсент и Гренадины изначально была компаньоном российского холдинга. И лишь потом акции, по которым получены дивиденды, были переданы киприотам.

Сама фирма с острова Кипр признана убыточной (дивиденды составляли единственный доход), а при покупке заводов она выступала лишь посредником.

В апелляционном суде решение первого суда было отменено и удовлетворена просьба налогоплательщика. Было учтено, что иностранный компаньон имел статус ФПД, что подтверждено местными налоговыми инспекциями. А ведение коммерческой деятельности подразумевало расход дивидендов, контроль над которыми был у реального совета директоров.

Однако кассационный суд отменил апелляционное решение из-за переоценки доказательств. Была установлена схожая с первым судебным разбирательством оценка решений. Кассационный судья отметил, что в апелляционном решении не указаны мотивы, по которым доказательства, полученные налоговым органом и имеющиеся в деле, признаны недостоверными. Далее с такой позицией согласился судья ВС РФ. При этом налогоплательщику отказали в передаче жалобы в СКЭС ВС РФ.


Нужна
консультация?